ДМИТРИЙ НАГИЕВ: «МОЖЕТ БЫТЬ, Я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО НЕПЛОХОЙ ПАРЕНЬ?»

ДМИТРИЙ НАГИЕВ: «МОЖЕТ БЫТЬ, Я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО НЕПЛОХОЙ ПАРЕНЬ?»

Дмитрий Нагиев совершил невозможное, полностью перезапустив свою карьеру. Да, он по-прежнему ведёт развлекательные шоу и играет в комедиях, но пусть только кто-нибудь попробует говорить о нем не всерьез!

Вальяжно устроившийся на стуле ­Нагиев говорит без лишнего энтузиазма, но с тщательно отрепетированной уверенностью профессиональной звезды. Ровный голос, несмотря на сознательно брутальную внешность, моментально располагает к себе. Мое намерение получить по итогам беседы отсутствующий пока в природе полноценный портрет Дмитрий Владимирович с улыбкой называет благородным, но наивным. Тем не менее спустя час он все же подвергнет анализу различия между своей личностью и экраннымё образом: «Даже когда я играю, я честен со зрителем. Но я думаю, что это случай той маски, которая с годами пускает корни – в рыло». Расскажет он и о причинах своей перманентной усталости и внешней колючести.

«Я встаю в 5:40; есть лайт-дни, когда можно встать в 7:20, – описывает актёр свой рабочий распорядок. – Чтобы попасть на смену в девять, я должен выехать в 7:30. А если это в районе Домодедово, то все – я должен ехать туда всю ночь. В общем, приезжаю, захожу в свой грим-вагон – размерами со средний рюкзак – и провожу в нем 12 часов смены, глядя на покрытый пылью времен цветок, который я купил в IKEA».

Никаких лайт-дней в последние месяцы у Нагиева не бывает, подъем в 5:40 – это норма. Оно и понятно: в сентябре стартовал новый сезон «Голоса», в октябре – четвертый сезон «Физрука», который в следующем году должен прирасти полнометражным продолжением. Кроме того, Нагиев недавно закончил съёмки в «Непрощенном» – байопике о Виталии Калое­ве (убившем авиадиспетчера, по чьей вине упали два самолета) за авторством Сарика Андреасяна. Ну и наконец, в декабре на экраны выходят «Ёлки новые» – очередная серия новогодней франшизы Тимура Бекмамбетова, которую продюсер отдал под контроль автора «Горько!» и «Самого лучшего дня» Жоры Крыжовнико­ва (он же Андрей Першин). Появление Нагиева в фильме – как раз следствие смены режиссера. Першин регулярно говорит, что Нагиев – страшно недооцененный артист, а после успеха «Самого лучшего дня» Дмитрий Владимирович вполне может стать актером-талисманом Крыжовникова.

«На «Самый лучший день» я пришёл с уверенностью в том, что знаю про юмор абсолютно всё, – за плечами как-никак 350 серий одного прапорщика Задова, – вспоминает Нагиев. – Я начал играть, на первом же дубле Першин хохотал у монитора как сума­сшедший. Потом подошёл ко мне и сказал: «Дмитрий Владимирович, это очень смешно. Нам так не надо». «А как надо?» – «Никак». Я сыграл никак, и тут он мне сказал: «Вот. А теперь посередине». И день за днём, дубль за дублем он снимал с меня ­шелуху. Было трудно, но интересно».

В «Ёлках» (ни один из предыдущих фильмов Нагиев не смот­рел) актер сыграл бывшего офицера, а ныне – сотрудник­а «чего-то типа МЧС», который отправляется в лес за новогодним деревом в компании сына своей возлюбленной: «У него ничего не получается, все валится из рук – как это бывает в хороших комедиях. Я такого еще не играл». По словам Нагиева, он согласился на эту работу не ради гонорара, а из-за фигур режиссера и продюсера. «Как человек алчный, как азартный человек надеюсь в будущем сыграть роль у Бекмамбетова. И как плохой шахматист я просто плохо просчитываю ходы», – смеется Нагиев, невзнача­й формулируя принципы своей карьеры, которую сам он определяет словосочетанием «вити­еватые виньетки судьбы».

В вычурном словосочетании нет ни грана лукавства. Фактически об актерских способностях ведущего «Голоса» всерьёз заговорили лишь три года назад – когда на ТНТ выше­л первый сезон «Физрука». Предыдущие опыты – за исключением, пожалуй, полевого командира Дукуза Исрапилова из невзоровского «Чистилища» – воспринимались публикой как блажь богемного шоумена. Сегодня же 50-летний Нагиев со своей аномально моложавой внешностью («ни единой инъекции в лицо, тянем на резервах») предстает настоящим человеком эпохи Возрождения, которому под силу не только роли почти любого калибра, но и моментальное перевоплощение в звезду Первого канала. В глазах зрителей эта перемена участи выглядит как сказочный вертикальный взлет из небытия, шарма которому добавляет загадочность Дмитрия Владимировича. Впрочем, в анализ собственного творческого пути Нагиев включается вполне ­охотно.

Желание быть актером преследовало его с раннего детства, но прос­тая («жили мы очень бедненько») семья не оставляла надежд когда-нибудь войти в ряды всесоюзных светил. Тем не менее прямо из армии он шагнул на порог ЛГИТМиКа, куда поступил, несмот­ря на форменную одежду, в которой выступал перед приемной комиссией, и конкурс в 300 человек на место. Окончание института пришлось на 1991 год, и карьерные перспективы на фоне смены исторических эпох выглядели довольно туманно. Однако в дело вмешался случай: «Хозяйка радиостанции «Модерн» Тамара Пет­ровна Людевиг просто за завтраком услышала интервью, которое у меня брали как у выпускника ЛГИТМиКа. Она позвонила в редакцию и попросила найти студента с таким темб­ром голоса». Так Нагиев закончил работу в русском театре «Время» во Франкфурте-на-Майне и попал на радио, где быстро стал звездой: «Станция «Модерн» грохнула на всю страну – кроме Москвы. И в этом тоже трагедия русского артиста Дмитрия Нагиева, который четырежды признавался лучшим диджеем страны, а в Москве не все знали, кто это».

Оборотной стороной успеха в шоу-бизнесе стали косые взгляды коллег. «Но мой мастер Владимир Викторович Петров говорил: «Что выпадает делать, то и делай – просто делай честно». Этим принципом Нагиев будет руководст­воваться и в дальнейшем, когда придет работать ведущим программы «Окна» – первог­о в России скандального ток-шоу, имеющего в анамнезе легендарное американское «Шоу Джерри Спрингера». «Окна» были крайне тяжёлой историей, – морщится Нагиев. – Мы снимали по пять программ в сутки. Сопли, слезы, говно, изнасилование бабушки догами. Мне нравится такое смотреть, но когда это каждый день, да ещё и надо комментировать, развивается идиосинкразия». Свое участие в проекте он объясняет тем, что, во-первых, на горизонте замаячило собственное жилье в Москвея понял, что еще 10 000 ведер – и квартирка у нас в кармане»), а во-вторых, верой­ в то, что этот период станет лишь «придатком для того, ради чего я был рожден».

Актерские амбиции Нагиев в эти годы реализовывал от случая к случаю. Главным под­спорьем в этом стала прежде всего программа «Осторожно, модерн». Нагиев поначалу снимался один, а потом – с ёё которого до этого привёл на радио. «Если бы над нами не издевались каналы, требуя то деньги, то ещё что-то, то мы широко шагнули бы и сделали бы это гораздо быстрее. Мне кажется, что из 350 снятых серий штук пять – прост­о шедевральны». Кроме того, были роли в «Каменской» и сериале «Крот», который поставил режиссер «Собаки на сене» Эрнест Ясан. Нагиеву вообще посчастливилось работать с выда­ющимися режиссерами. При этом он принципиально не шёл на компромиссы, делая только то, что ему по-настоящему интересно, и обеспечивая себя работой на телевидении. Примерно шесть лет назад его позвали в жюри КВН, и кто-то особенно веселый и находчивый пошутил: «Мы же ничего не сказали про Нагиева. Да ладно, а кто это?» – «Весь зал смеялся, и я, конечно, тоже, но это обидная, болезненная история», – вспоминает артист. И именно в этот момент случились «Две звезды», а потом «Голос», «Физрук» и «Кухня».

«Я как-то прочитал статью из серии «великий камбэк». И там были Джон Траволта и почему-то я», – чуть притворно удивляется Нагиев, отмечая, что всегда много работал и простоев­ не терпел. Однако именно такой, бритый и татуированный, Нагиев оказался совершенно необходим со­отечественникам. В том, что пик популярности пришелся для Нагиева на пятый десяток жизни, обнаруживаются и свои плюсы. У него есть твердые принципы – он ни разу в жизни не ходил на кастинг («мне претило себя предлагать»), а к моменту выхода на сцену «Голоса» накопил достаточно опыта, чтобы самостоятельно писать себе тексты для программ. Слава светского льва его уже давно не интересует – после «Окон» хлебнул её сполна. Сегодня он сознательно не рассказывает ничего о своей личной жизни и не светит лицом на премьерах и раутах. Нагиев проводит четкую грань между человеческим и актерским тщеславием: «Я очень хочу, чтобы мои работы были знамениты, а я – нет».

«Зависть – это то чувство, с которым я просыпаюсь. Мне кажется, что у кого-то там взлет так взлет, а у меня так, маленький уголок подъема. До тех пор, пока живы Де Ниро, Пачино, тот же Шварценеггер, об этом вообще немного стыдно говорить». Сравнения со Шварценеггером ему еще предстоят – когда на экраны выйдет «Непрощённый», поскольку экс-губернатор Калифорнии недавно сыграл основанного на биографии Калоева персонажа в драме «Последствия». Нагиева не смущает дурная репутация Андреасяна, поскольку прежде всего в этой картине его привлекла возможность продемонстрировать актерскую форму. «Каждый раз я прихожу с намерением по-легко­му срубить деньжат, а ухожу абсолютно измочаленный. Это касается любой работы. Будь то Фома, или Дмитрий Владимирович в «Кухне», или Калоев», – ­рассказывает ­Нагиев.

Напоследок мы говорим о том, не испытывает ли он страха, что физрук Фома обречёт актера до конца дней изображать на экране бандита с нежным сердцем. Нагиева эта перспектива не пугает. Он говорит, что все еще строит смелые планы на будущее и по-прежнему «не решил, кем станет, когда вырастет». А потом задумчиво замечает: «Раньше говорили: «Нагиев – это Задов», теперь «Нагиев – это Фома». И вот я каждый раз думаю, не о таланте ли идет речь, – говорит артист. И, докурив, резюмирует: – ­Может быть, я действительно неплохой парень


Меган Фокс: «Секс хорошо продаётся, и это факт»
Интервью Арнольда Шварценеггера

Читайте также: