Психология территориального поведения (Дверь в персональное пространство человека)

Психология территориального поведения (Дверь в персональное пространство человека)

Под территориальным поведением человека в смысле данной статьи следует понимать реализацию возможностей человека по организации и использованию окружающего пространства.

Окружающее пространство, как среда, является первоосновой всех возможных территориальных взаимодействий человека. В этих взаимодействиях проявляется способность человека осуществлять всевозможные действия под влиянием внутренних и внешних факторов. То есть проявляется психология территориального или пространственного поведения человека.

В качестве факторов, которые детерминируют территориальное поведение человека можно определить физиологические, психологические, личностные, социально-психологические, этнокультурные характеристики человека, связанные с реальными факторами социального взаимодействия.

В территориальном поведении человек проявляет себя, как активный субъект сознательно и бессознательно структурирующий своё личное пространство через установление психологических дистанций с другими людьми в повседневных взаимодействиях через вольную и невольную организацию пространства во всех средах, где происходят взаимодействия с другими людьми.

При этом вся социальная среда, окружающая человека, ставит перед человеком задачу быть «открытым» для взаимодействия с кем-то или «закрытым». То есть открывать или не открывать дверь в своё персональное пространство.

«Допускать к себе» или «не допускать» - это крайне необходимая дилемма для сохранения своей индивидуальной идентичности. Это также и потребность нужная для регуляции человеческих взаимоотношений.

Регулируется приватная необходимая потребность человека в «открытости» или «закрытости» с помощью определённых поведенческих механизмов культурной практики вербального и невербального поведения.

То есть «доступ к себе» человек регулирует с помощью словесных комментариев или определённых движений тела, поз, жестов, мимики в соответствии с национально-культурными традициями, обычаями и существующими нормами поведения и учётом реального характера социального окружения.

Эмпирические исследования психологии территориального поведения человека установили плотные взаимосвязи между пространственным поведением и социально-психологическими, культурными и другими личностными характеристиками взаимодействующих индивидов.

Пространственно-территориальное поведение человека может проявляться в следующих формах: индивидуальная дистанция;

персональное пространство; территориальность; персонализация.

Эти формы можно скомпоновать в две новые условные группы форм, объединив в первую группу первую и вторую формы пространственно-территориального поведения человека.

Во вторую условную группу форм пространственно-территориального поведения человека направим территориальность и персонализацию среды.

В первой новой группе человек обеспечивает непосредственную защиту себя, как индивида через открытие или закрытие границ в невидимом «воздушном шаре» вокруг себя, который помогает находиться на некоторой дистанции от других индивидов.

Это «воздушное пространство» человек как бы носит вместе с собой. Оно как бронежилет, который человек надевает на себя всегда при общении с другими людьми.

Во второй условной группе пространственно-территориальных форм поведения человека находятся такие формы, как территориальность и персонализация среды. Далее именно эта условная группа форм поведения человека будет интересовать нас в большей степени, чем первая. Поэтому на ней остановимся подробнее.

Территориальность и персонализация среды выступают в роли персонального убежища, которое защитит человека в неприветливой среде обитания. Стены и перекрытия убежища достаточно прочные, а обустроено оно и персонализировано («оличено») с учётом вкусов и пристрастий хозяина. То есть того, кто владеет и контролирует данную территорию.

В этом убежище можно укрываться от внешних угроз, когда в этом есть необходимость. Но его не унесёшь на себе, как бронежилет.

Вместе с тем, какое-либо пространство (место, объект) не становится произвольно территорией, где человек чувствует себя защищённым владельцем. Пространство для этого необходимо присвоить, установив в нём персональный контроль, а также обозначив его общезначимыми символами, принятыми в данной культурной среде в настоящее время.

Только тогда какое-то пространство превращается в территорию контролируемую, «меченную» и персонализированную.

Территориальность, как форма пространственного поведения человека находит свою полную реализацию в случае учёта следующих обстоятельств:

1) территориальное поведение человека всегда «привязано» к определённому месту или объекту, которые обязательно используются постоянно или временно;

2) территории могут иметь разные размеры (уголок в комнате, отдельная комната, национальная территория);

3) территории могут иметь разные функциональные значения для владельца (место работы, место отдыха, место добычи каких-либо ресурсов);

4) у территории может быть индивидуальное или коллективное владение (комната, квартира, общинная земля);

5) поведение владетелей регулируется установленными правилами;

6) территория обязательно обозначается какими-либо маркерами и метками, указывающими на конкретную персону или владельца;

7) территория имеет определённые границы, которые обязательно охраняются тем или иным способом.

В результате практических исследователей было выделено три типа территорий: первичные, вторичные и третичные (публичные).

Первичные территории – это места или объекты, которые длительно находятся под контролем конкретного человека или группы людей, психологически централизованы, чётко идентифицируются с этими людьми и находятся у них во владении или использовании.

На первичных территориях сосредоточена вся повседневная жизнь, указанных людей. Для них рассматриваемые территории являются жизненно-необходимыми территориями, «двери» в которые жёстко контролируются их владетелями.

Примерами первичных территорий можно назвать: свой уголок в комнате или индивидуальную комнату, отдельную квартиру.

Первичная территория обязательно персонализируется, а использование символизируется.

Нарушение границ территории и правил поведения на ней вызывает активный протест владетелей этой территории.

Вторичные территории – менее существенны для человека, чем первичные территории. Они менее закрыты в психологическом и охранительном смысле, меньше контролируется и используется лишь периодически.

В качестве примеров вторичных территорий можно назвать: рабочее место, парта в школе, место в кафе, участок улицы со скамейкой и т.д.

Контроль на вторичных территориях носит публично-коммунальный характер. В разное время разные люди или группы людей используют вторичные территории. Разделение по времени владения может способствовать разделению по месту (определённый человек, например, может иметь своё место в бане, спортивном зале или раздевалке бассейна).

Третичные территории – это специфические места временного владения публичного пространства, доступ к которому совершенно свободен. Психологические двери в границах этих территорий работают абсолютно на демократических основах.

То есть, третичные территории официально свободны для любого желающего. Но поведение на таких территориях должно подчиняться правилам общего пользования этими территориями.

Примерами третичных территорий могут служить: место в кинотеатре, занятое человеком в данный момент; скамейка в парке; место в очереди; место у окна, где временно остановился человек.

Третичные а, иначе говоря, публичные территории жёстко не контролируются. Попытка занятия этой территории другими людьми не вызывает яркой враждебности у временного владельца.

Публичные территории существуют во всех культурах и сколь угодно малых сообществах.

В определённом смысле публичные территории являются частью персонального пространства человека. Поскольку «воздушный пузырь», носимый человеком с собой охватывает объекты и места, у которых находится человек.

Из сказанного можно сделать вывод, что территориальное поведение человека вольно или невольно выполняет две функциональные задачи.

Первая – это идентификация индивида через установление дистанционных зон между собой и другими. Выполняется это через «оличивание» среды и контроль границ индивидуального пространства человека.

Вторая – это регулирование социальных процессов во время организации и использования окружающего пространства.

Территориальность, как одна из форм территориального поведения человека имеет яркие и мощные регуляторы тех взаимодействий, которые во множестве проявляются на территории, активно обживаемых человеком.

Первый регулятор – это граница. Второй – это приватность. Оба регулятора отражают суть дверного проёма на этих территориях.

С помощью границы территория маркируется, (дома обносят изгородью, палисадником, а города-полисы – стенами).

В качестве пограничной регуляции не редко используют территориальные индикаторы или символы захвата (оккупации) территории (флаг на здании, например). Этот регулятор более эффективен, если к нему добавляется указание на индивидуального владельца.

Использование приватности в регуляции процессов, возникающих на территориях в процессе использования окружающего пространства, происходит за счёт идентификации и самоопределения личности через его персонализацию.

Персонализация в свою очередь осуществляется через экспозицию предметов, символов конкретного человека или позиционирования в различных формах самого индивида на данной территории.

Персонализация помогает организовать пространство и использовать его, как конкретную территорию с учётом действующих на ней субъектов и типов их взаимодействий.

Говоря о типах взаимодействий между людьми и значимости пространства для них, вся среда обитания человека делится на первичную и вторичную среды.

Первичная среда в данном случае будет представлена жильём и работой. Вторичная среда – это та среда, где взаимодействуют случайные люди, а встречи остаются без последствий.

Тип взаимодействия людей может быть преднамеренным (личное взаимодействие), если действие направлено именно на вас, или нейтральным, если к вам лично не относится.

Поведение человека в большой степени зависит от типа взаимодействия, а реакция на эти контакты может диаметрально отличаться.

В каком-то взаимодействии может возникнуть пассивное замыкание человека в себе. В другом случае возникновение агрессии и стресса весьма вероятно.

Конкретные взаимодействия индивидов на значимых территориях рассмотрим на примере семьи, живущей в отдельной квартире.

Современная квартира - это не только стены, двери и мебель. Главным образом – это психологическая атмосфера, рождающаяся в результате взаимодействия ей обитателей.

В зависимости от того, какая это атмосфера, можно судить о том, какая семья живёт в этой квартире, счастливы ли её члены. Иначе говоря, конфликтная это семья (дисфункциональная) или не конфликтная семья (функциональная).

Психологическая атмосфера в каждой семье зависит от её основателей – мужа и жены, от их умения организовывать и использовать психологическое пространство, созданной ими семьи. А также от того, в каких семьях выросли они сами. От того, что они впитали с материнским молоком, что почерпнули от наблюдения за взаимоотношениями своих родителей и других членов семьи.

Давайте послушаем представителей трёх семей. В чём-то они разные, в чём-то они похожи на другие.

Семья первая. «Мои родители, - вспоминает пожилая женщина, - жили не просто. Отец выпивал и всегда, когда делал это сверх меры, он предъявлял матери массу претензий, и не редко пытался побить её. Видимо, давали себя знать какие-то обиды прошлого или оттого, что жизнь была не лёгкая в те времена сама по себе. Тогда мы с мамой прятались в огороде, надеясь, что там он нас не найдёт.

На следующий день, он долго просил прощения и обещал, что больше такое не повторится. Однако это повторялось каждый раз, когда мама собирала гостей по поводу дня рождения или Нового года. А гости наведывались к нам часто. И всё повторялось опять. И я очень боялась праздников и даже своего дня рождения.

Однако, в те не частые дни, когда папа был трезв, а мама не собирала гостей, мы жили очень мирно. И я очень любила своих родителей. В эти дни я чувствовала себя очень счастливой. А весь мир был полон красок и прекрасен.

Тогда я думала, что такое же счастье испытывают и все дети. Ведь, как мне казалось, у всех было то же самое, что и в моей семье».

Семья вторая. «А у нас в семье было иначе, - вспоминает, - пожилой мужчина. У меня в семье не было частых «праздников» и сопутствующих проблем. Не было также внезапно приехавших родственников, а равно часто навещавших друзей, соседей и сокурсников. Зато было четверо детей.

Отец много и тяжело работал. После работы он приходил сильно уставший и сразу ложился спать на пол, подстелив под голову свёрнутую вчетверо телогрейку.

В доме становилось тихо-тихо. Дети, которые только что играли и шумели, умолкали, чтобы не помешать отдыхающему отцу. Через час он вставал, ужинал и снова ложился, но уже на всю ночь.

Тишина стояла и в другие дни, даже выходные. Были, конечно, и праздники с гостями, но не частые и без скандалов. Родители жили дружно, и в доме всё было благопристойно.

Однако теплоты взаимоотношений между детьми и родителями не было. Не было этого и между детьми. Все существовали как бы сами по себе. Не было даже больших семейных застолий. Как-то не могли собраться все сразу.

Но зато было чёткое неукоснительное подчинение детей родителям. Повзрослев, старшие дети стали копировать родителей во взаимоотношениях с младшими братьями и сестрами. От этого дистанция между ними только увеличивалась.

Взаимоотношения в семье были далеки от дружеских отношений или кровно - родственных. Существование проходило в автономных режимах.

Как только утром открывали входную дверь, все дети старались быстрее убежать к друзьям и приятелям на улицу. На улице было свободно и уютнее, чем дома.

Мать тем временем наводила порядок в доме, стирала и готовила ужин для отца – главного кормильца в семье. Остатки вчерашнего ужина служили для нас обедом и полдником на следующий день.

Домой приходить не очень хотелось, хотя на ночь всё же возвращались, чтобы дождаться утра следующего дня».

Семья третья. « А у нас в семье тоже принимали гостей, но только тогда, когда мы готовы были их принять. Накануне вся наша семья готовилась к их приёму. Мы умели договариваться о том, когда и кто принимает гостей. В один день гостей ждала сестра, в другой я. К родителям друзья приходили в отдельный день.

Я и моя сестра имели отдельные комнаты, куда без стука не входил ни кто, даже родители. У родителей была отдельная комната, где они спали. Была и общая комната, где мы собирались всей семьёй на семейные праздники или встречали гостей.

Иначе говоря, жили мы активно, но дружно, уважая свободу и личный покой, друг друга», - завершил свой рассказ третий участник исследования.

Мы услышали три рассказа, познакомились с тремя типами семей. Жизненных вариантов, конечно, больше. Но всё же и по трём можно судить о множестве других, поскольку нет идеальных семей, как семья номер три в наших рассказах. Большинство российских семей имеют недостатки, которые не позволяют им дотягиваться до идеала.

Первый и второй варианты семей по-своему не благополучны, но тоже представляют собой крайности. Дело в том, что первая семья явно полностью открыта, вторая явно полностью закрыта. Эти крайности встречаются редко. Обычно в каждой семье чаще всего имеются какие-то дисфункции, но без особых крайностей.

В первой и второй семье абсолютно отсутствуют у членов семей личные пространства и автономные первичные территории. Внутренние границы меду членами семей размыты. В первой же семье даже границы индивидуального пространства нарушаются.

То индивидуальное «психологическое облачко», что имеется вокруг каждого человека в этой семье ни у кого, не знало комфорта и защищённости. То есть, двери в личное пространство членов семей свою функцию регулятора исполняли плохо.

Такие обстоятельства накладывают отрицательный отпечаток на всю жизнь человека.

Дети научаются быть общительными, но малейшее посягательство на их личное пространство расценивают, как агрессию, что делает их беспокойными и конфликтными. Они и себя и себе подобных в аналогичных ситуациях пытаются активно защищать, даже тогда, когда в этом нет необходимости.

Во второй семье тоже не всё благополучно. В такой семье её члены в психологическом смысле месяцами не виделись и не общались. Брат не общался с братом, сестра с сестрой. А также все между собой, в том числе с родителями.

В такой семье личной свободы – хоть отбавляй, но нет тепла и любви, поддержки и взаимовыручки. Отношения редкие и холодные, каждый сам по себе. Дети становятся не искренними, не коммуникабельными, ведь каждому из них нужно выжить в этом «таборе».

Отношения между членами семьи весьма формальные. Желание каждого – побыть в тишине и одному. Большую часть времени каждый жил в своём индивидуальном коконе, боясь открыть дверь в него постороннему. Возможности для самореализации абсолютно отсутствовали, что делало их не удовлетворёнными своёй жизнью.

Хотя для посторонних вторая семья была не только тихая, но и дружная. Родители не пили, не били, не ругались, а дети тоже в принципе жили не конфликтно, по крайней мере, явно и не на людях.

Семья третья для России большая редкость. Даже, если для её существования есть жилищные условия и материальный достаток.

Дело в том, что комфорт и в целом высокое качество жизни условие необходимое, но не достаточное. Для идеальной не конфликтной (функциональной) семьи нужна ещё такая «малость», как любовь. Нужна любовь к себе и ближнему.

Любовь возникает в «воздушном облачке» индивидуального пространства, где существует спокойствие и защищённость, уверенность в незыблемости границ личного пространства, взаимоуважение индивидов во всех взаимоотношениях, возникающих на всех территориях окружающего человека пространства, как публичных, так и жизненно-необходимых каждому человеку. А также любовь возникает там, где чётко соблюдаются границы свободы каждого человека, где личное пространство одного не накладывается на личное пространство другого. А пограничный режим этих пространств добровольно и мирно регулируется их владельцами.

Вот там и может возникнуть чувство, называемое любовью.

А любовь нужно взращивать, лелеять и беречь, чтобы она послужила основой возникновения не конфликтных семей, которые бы, в свою очередь, умело организовывали и использовали пространство, окружающее человека.

А жильё человека является первичной территорией, первичной средой, где личные пространства людей и их взаимодействия решительным образом формируют не только территориальное поведение людей, проживающих в квартире (доме) в период их совместной жизни, но и поведение на многие годы вперёд.


Личное пространство в дисфункциональной семье (Две...
Границы личного пространства (Дверь в персональное...

Читайте также: