Странные люди на снимках Александра Менделевича (35 фото)

Странные люди на снимках Александра Менделевича (35 фото)

Герои Александра Менделевича заняты рутинными делами, но смотрятся порой настолько нелепо, что поневоле задумаешься, не выглядит ли наша жизнь так же абсурдно.

— Я начал снимать в середине 90-х, ходил в фотокружок при Дворце пионеров в Пятигорске. До сих пор помню запах фотолаборатории и как руководитель — Виталий Георгиевич Кауров объяснял, что фотография — больше чем просто фиксация. Это было время черно-белой пленки, проявителей, фиксажей, фотоаппаратов ФЭД и «Зенит».

Позже учился на факультете фотографии в Бецалеле — иерусалимской академии искусств и дизайна. Когда постоянно находишься в среде, где делают и обсуждают фотографию, показывают разных фотографов и художников, говорят о литературе и музыке, знакомятся с разными форматами и историей, взгляды очень расширяются. Именно в академии я понял, что фотография — гибкий, меняющийся со временем инструмент. Снимки запечатлевает реальность по обе стороны объектива: то, что происходит в кадре, и намерение фотографа. В итоге получается документ, который и отсюда, и не отсюда.

Я снимаю рутину, наши обыденные ритуалы, паузы в ежедневности; показываю людей в состоянии «улыбающейся депрессии», когда вроде бы все хорошо, но где-то внутри идет процесс разрушения или борьбы. Сосед, который вчера кричал за стеной, а сегодня с улыбкой здоровается; одиночество в четырех стенах; беременность; сборы на работу. Удивление от простых вещей.

Моя студия находится в чужих домах и иногда в пустующих бомбоубежищах. Я собираю фотоситуации по кусочкам, используя аксессуары, мебель и одежду; проецируя на новое пространство мои чувства и мысли. Когда снимки собираются в серию, создается последовательность с кафкианской атмосферой, где переход от фотографии к фотографии подобен бесконечному блужданию из комнаты в комнату.

Мои персонажи, как и я, погружены в повседневную жизнь, где мы находимся между заработком и учебой, кредитами и мечтами, трендами и новостями, конфликтами и отношениями. Опираясь на Сартра, Камю и русскую литературу XIX века, я ищу новую форму для передачи эмоционального состояния современника.

Мои модели — это мои друзья, знакомые, их знакомые, незнакомцы, люди, которые увидели мои фотографии в интернете и захотели поучаствовать в съемке.

Думаю, баланс фотографии в сочетании трагичного и комичного. С одной стороны — абсурд и любопытство, с другой — безысходность и неизвестность.

Место и время снимка для меня не слишком важны. Мой документ — это эмоции, переживания, нечто универсально человеческое. Фотография постоянно преодолевает некий болевой порог восприятия. С обилием информации мы стали быстрее привыкать к визуальным раздражителям: то, что вчера приковывало взгляд, сегодня может не взволновать. Фото- и видеоряд в социальных сетях пестрит драмой, веселым, милым, кричащим, пустым. Моя фотография и присутствующее в ней искажение тел и чувств — реакция на все это. Я хочу показать обычное и удивительное, которое бывает трудно рассмотреть, часто надо разобрать, надломить, отделить, принести в другую среду, приостановить, выловить суть. Складывается ощущение, что сегодня только через странное и другое можно показать обыденное.

Как правило, я делаю записи того, что и как хочу снять, иногда с простыми зарисовками. Если нужны определенные предметы, то подготавливаю их; бывает, приношу какую-то одежду — но чаще нахожу что-то в гардеробе модели. Когда планирую съемку, мне нравится представлять, что люди в кадре будто впервые столкнулись с чем-то или забыли что-то обыденное и познают его заново — словно дети, которые не знают значения вещи и придумывают ей свою роль. Может, где-то здесь находится переключатель, который превращает обычное в «обычное+» — почти то же самое, но с дополнительным слоем, с загадкой и своей историей.

Если сначала появляется идея, то ищу модель, которая для этого подойдет; если уже есть модель, то выстраиваю ситуацию вокруг нее. Если не ограничивать себя мыслями, как что-то и кто-то должны выглядеть, то для каждого можно найти множество ситуаций, где он привнесет в кадр историю, чувство, воздух.

Иногда в процессе двухчасовой съемки одной ситуации модель, уже устав и забыв про необычность происходящего, выдает что-то настолько точное и естественное, что невольно подпрыгиваешь от радости и удивления.

Я знакомлю моделей со своими работами перед съемкой, рассказываю, что хочу показать, какая у меня специфика. Я объясняю, что понятие фотогеничности популярно, но существует только в узком секторе фотографии. И если отбросить это архаичное недоразумение, определение красоты и глубины можно растягивать бесконечно.

Хороший портрет в моем понимании — это не о том, насколько привлекательно выглядит модель, а насколько снимок интересен, насколько модель в нем присутствует, насколько мы видим ее переживания.


Свадебный макияж Арбор Бетек (35 фото)
Традиционный марш "чёрных бесов" (35 фото)

Читайте также: